| Подружки и "Княжна Джаваха". №1. Из романа "Встретимся у Амура" |
| Литература - Ирина Касаткина | |||||||
| Автор: Касаткина Ирина Леонидовна | |||||||
| 14.12.2009 17:41 | |||||||
|
А нудная третья четверть с ее длинными неделями и редкими праздниками все тянулась и тянулась, - и ей не было ей ни конца, ни края. Больше всего Настя налегала на математику. Даже старательная Ирочка Соколова, переведенная к ним два года назад из школы с математическим уклоном, за ней не поспевала. Вначале Ирочка преуспевала в учебе, - сказывалась сильная база ее прежней школы. Но потом, почувствовав, что здесь можно не переутомляться: пятерки сами плывут в руки, - Ирочка расслабилась и быстро скатилась с передовых позиций. Лишь нахватав четверок и даже трояков, она забеспокоилась и стала набиваться к Насте в подруги. Но Настя не забыла, как обратившись однажды к Ирочке с каким-то пустяковым вопросом, получила полный отлуп. - Ишь, чего захотела, чужим умом жить! - отрезала Ирочка, презрительно поджав полные губки. - Свой надо иметь! С тех пор Настя на все Ирочкины поползновения никак не реагировала. Наталья Ирочку ненавидела смертельно. Та однажды ее страшно унизила перед самым красивым мальчиком в их городе и его окрестностях. Мальчика звали Саша Оленин, и по нему умирали все - или почти все - ученицы их английской школы, а также близ расположенных немецкой, французской и даже музыкальной. Ах, какой это был красивый мальчик! Появившись однажды в их школе на одной из дискотек, он произвел настоящий фурор: все школьницы сбежались полюбоваться его льняными локонами, фарфоровым личиком и умопомрачительными глазами цвета голубой эмали. А он с равнодушным видом обозрел их компанию, выискивая себе подходящую пару, и выискал-таки - остановился на Дианке Бермант, которую Наташка называла не иначе как «крыса заморская» за ее экстравагантные наряды и вечное стремление хоть чем-нибудь да выделиться. Всю дискотеку Саша клеился к Дианке, а та, закатывая глаза, тихо млела от счастья. И когда он пошел ее провожать, за ними в отдалении плелась целая толпа умиравших от зависти девчат, среди которых была и Настина подруга. Вообще-то Дианка была довольно хорошенькая с ее восточным типом лица, немного великоватым, но безупречно прямым носом и большими, слегка навыкате глазами. Пока она молчала, вполне могла понравиться. Но стоило Дианке открыть рот, как любому становилось ясно: перед ним набитая дура. Это довольно быстро понял и Саша - уже по дороге к Дианкиному дому, поэтому при расставании она, не дождавшись от него предложения встретиться снова, попросила о свидании сама. Но получила вежливый отказ. Для Наташки Оленин был голубой мечтой. Она смаковала, как шоколадки, все случайные встречи с ним и взахлеб расписывала Насте их мельчайшие подробности: во что Саша был одет, с кем шел, как на нее, Наташку, посмотрел, и тому подобную чушь. Потом ей взбрело в голову достать Сашину фотокарточку. И как раз в это время Ирочку Соколову перевели из школы, где она училась вместе с Сашей, в их класс. Наталья откуда-то об этом прознала и стала настойчиво к ней подлизываться с целью выманить у той или просто спереть вожделенное фото. Но Ирочка мгновенно просекла, что тут дело нечисто, и с мнимым сочувствием предложила Наташке не ходить вокруг до около, а прямо сказать, чего ей надо. - Ты скажи, ты скажи, че те надо, че те надо? Может дам, может дам, че ты хошь, - лисьим голоском пропела она строчку из затертого шлягера. Наивная Наталья, не долго думая, и ляпнула - чего. Поверила в Ирочкину искренность. А на следующий день девчата, вывалившись из школы, неожиданно обнаружили во дворе Сашу, поджидавшего кого-то. Как вскоре выяснилось, именно эту стерву Ирочку. Задрав нос, она подозвала Наташку и громогласно объявила: - Саша, вот эта дурочка из нашего класса умоляет подарить ей твое фото. Но я же не могу без твоего разрешения. Наташка оцепенела. Как она потом признавалась, больше всего ей хотелось тут же вцепиться Ирочке в рожу. Только присутствие Саши не позволило ей выполнить это жгучее желание. Но самыми потрясающими были его ответные действия: он с улыбкой полез в нагрудный карман, достал из него снимок размером 3х4 и протянул Наташке. Однако бдительная Ирочка тут же перехватила карточку и со словами «перебьется, ишь, чего захотела!», сунула к себе в сумку. Потом по-хозяйски взяла Сашу под руку и прошествовала мимо Натальи, стоявшей, как оплеванная. А Саша только сочувственно посмотрел на Наташку и развел руками. Стало ясно, что красавец Оленин у Ирочки полностью под каблуком. И потому Наталья с этой минуты его просто запрезирала. До такой степени, что когда на следующий день на улице он неожиданно окликнул ее: - Эй, Белолоконова, постой! - она только презрительно сморщила нос и гордо показала спину. Но Саша догнал ее и преградил дорогу: - Да ладно тебе, Белолоконова. Не дуйся. На, возьми. И достал из кармана цветную открытку со своей физиономией - за такую любая из его поклонниц отдала бы полжизни. Однако закусившая удила Наталья только процедила: - Я не Белолоконова, я Белоконева. А это барахло можешь отдать своей крысе - мне и даром не нужно. - И аккуратно обойдя его, прошествовала дальше. Но Ирочке ее подлость запомнила и только ждала подходящего случая, чтобы достойно отомстить. Надо сказать, Ирочку не любила не только Наташка: из-за своего скверного характера та умудрилась испортить отношения с доброй половиной класса. Но казалось, не замечала этого, - наоборот, чем хуже относились к ней одноклассницы, тем выше задирала нос. Особенно обожала Ирочка созерцать собственную физиономию. Редкую перемену она не вертелась перед большими зеркалом в раздевалке, накручивая на палец каштановые локоны и самодовольно мурлыкая. Даже самый умный и интеллигентный мальчик их школы Саша Давыдов однажды выразился в ее адрес так: - Красивая. Но глупая. Точнее и не скажешь. Правда, в последнее время физиономия Ирочки сильно озаботилась. По слухам ей стало крепко доставаться от родителей за низкие оценки и гульки допоздна. Мать пообещала позвонить Сашиным родителям и потребовать, чтобы их сын оставил ее дочь в покое. Эта угроза так подействовала на Ирочку, что она прямо таки набросилась на учебу. А поскольку для преуспевания в самых трудных предметах своих мозгов у нее не хватало, она судорожно стала искать, у кого бы их позаимствовать. И снова уперлась в Снегиреву: просто, в их классе больше не к кому было обратиться, большинство само плавало в математике. Ведь в английскую школу стремятся, как правило, гуманитарии - те, кого не привлекают точные науки. Почему-то никто до сих пор не додумался сделать английскую школу с математическим уклоном. Однако Снегирева на Ирочкины поползновения никак не реагировала. На переменках ходила только с Белоконевой, да и на уроках, включая физкультуру, они не расставались ни на минуту, - короче, у Ирочки не было никакой возможности стать к Насте поближе. Тогда терпеливая Ирочка решила подождать подходящего случая. И дождалась. Дело в том, что Настя была жуткой книгочейкой. Без книг она просто не могла нормально существовать. И повинна в том была Галчонок - это она привила Насте ненормальную любовь к чтению. С самого рождения Настя видела свою маму только с книгой. Даже когда та кормила дочку грудью, умудрялась читать. И за столом - сколько муж с ней ни бился, так и не смог отучить ее от этой вредной привычки. В результате подросшая Настя переняла ее полностью: за обед без книги не садилась. На возмущение отца дочь отвечала, что иначе она просто не чувствует вкуса еды. А сидение с книгой в туалете? - Кончай читать, выходи! - нетерпеливые возгласы родителя ежедневно звучали в их квартире, относясь в равной мере, как к матери, так и к дочери. Впрочем, папочка в этом деле тоже недалеко ушел, только вместо книг он глотал за едой газеты. И при этом активно комментировал читаемое, - правда, без всякого внимания со стороны слушательниц, поскольку каждая была погружена в свое чтиво. Однажды мать поведала Насте о своей любимой книге, прочитанной в детстве. Книга называлась «Княжна Джаваха», - ее написала дореволюционная писательница Лидия Чарская. В советское время эта книга почему-то была запрещена, хотя, по словам Галчонка, ничего запретного там не было - одна сентиментальная любовь. Правда, в ней описывалась жизнь и нравы дворянства, - но ведь и Пушкин был из той среды, и Лермонтов, и Лев Толстой. Мать с таким восторгом отзывалась об этом романе, что прочитать его стало заветной Настиной мечтой. И когда на уроке литературы зашел разговор о писателях дореволюционной поры, Настя спросила учительницу, слышала ли та о Чарской. Литераторша ответила, что, конечно, слышала и даже пыталась отыскать ее книги в библиотеках, но не нашла. - Я так мечтаю прочесть «Княжну Джаваху», - призналось Настя, - думала, вы посоветуете, где ее достать. - Нет, - вздохнула учительница, - боюсь, твоей мечте не осуществиться. По крайней мере, в библиотеках нашего города ее точно нет - да и в магазинах тоже. И на книжном рынке она мне ни разу не попадалась. Ирочка с чувством тайной радости слушала их диалог. «Княжна Джаваха» стояла у нее дома на полке. Ее родители пренебрежительно отзывались об этом романе, доставшимся им еще от прабабушки, -считали, что там одна сплошная сентиментальщина и никаких продуктивных мыслей. Как будто любовь и верность сами по себе ничего не значат. Ирочка не соглашалась с их оценкой категорически, но спорить с родителями было себе дороже: в пылу спора они могли выбросить книгу на помойку. На переменке Ирочка едва удержалась от желания сказать Насте, что поможет ее мечте осуществиться. Она решила отнести «Княжну Джаваху» ей домой, так надежнее. Ирочка представила, как Настя открывает дверь и видит исполнение своей мечты. И, конечно, тут же предлагает Ирочке свою дружбу и помощь. Надо сказать, Ирочкин план осуществился, - но не сразу. Едва не сорвался, - и все из-за этой вредины Белоконевой. Когда Снегирева открыла на Ирочкин звонок дверь, то сразу насторожилась и весьма недружелюбно спросила, чего той надо. И тогда Ирочка торжественно протянула ей книгу. Настя прочла название, и ее лицо сразу подобрело. Но тут из-за спины Насти выглянула ехидная физиономия ее подружки, и едва все не испортила. - Кого я вижу! -завопила Белоконева. - Сама Соколова пожаловала. И за что нам такая честь? - Я не к тебе, а к Насте, - с достоинством среагировала Ирочка. - Книгу ей достала, - думаешь, это так просто? - А кто тебя просил? - Наталья с трудом удерживалась от желания наговорить этой стерве кучу гадостей: слишком свежо было воспоминание об Ирочкиной подлости. - Спасибо, Ира, - сдержанно поблагодарила Ирочку Настя . - Действительно, тебе не стоило так утруждаться. Я, может, еще где-нибудь ее достала бы. - Нигде бы ты ее не достала, - возразила Ирочка, - эта книга редкость. Читай, она тебе понравится. Я сама ее проглотила за вечер. - Настюха, да она к тебе подлизывается! - не унималась Наташка. - Не бери, и пусть катится! Я тебе десять таких достану. - Перестань, Наташа, - прервала ее Настя. - Ира, еще раз спасибо. Я прочту и завтра же отдам. Да ты заходи, - чего мы разговариваем через порог, как дикари. - Ах, так! Ты еще и приглашаешь эту гадину! Тогда можешь сама с ней целоваться, - ты мне больше не подруга! - возмутилась Наташка. - Все, я ухожу! - Не уходи, Белоконева, - вдруг миролюбиво попросила Ирочка. - Я сама сейчас уйду. Ты права, я действительно иногда бываю гадиной, - когда при мне покушаются на Сашу. Я так его люблю! - до смерти. Произнеся эти слова, Ирочка, сама того не ведая, попала в точку: Наталья моментально помягчела. Любовь для нее была главным оправданием любых поступков, - влюбленному она могла простить все. - Ладно, чего там, - сочувственно протянула она. - Конечно, такой парень! Я так тебя понимаю. Ну расскажи, как у вас с ним? - Сложно, - вздохнула Ирочка. - За ним же бегают все, кому не лень, – кто тут устоит. Но он все равно потом ко мне возвращается. А я без него совершенно не могу. Если пару недель не увижу - все! - хоть на стенку лезь. - Как же ты будешь жить, если он в другую влюбится? - сочувственно спросила Настя. Они уже прошли в комнату и удобно растянулись на разложенном диване. - Не влюбится, - не очень уверенно ответила Ирочка. - Он тоже не может долго без меня, сам говорил. - Так у вас уже давно? Уже целовались? - Глаза Наташки возбужденно загорелись. - Если б только целовались! - вздохнула Ирочка. Она перевернулась на спину и уставилась в потолок. А Наташка и Настя, раскрыв рты, уставились на нее. - Что... все было? Не врешь?! - У Наташки даже дух захватило. Еще бы! Такая возможность обсудить столь животрепещущую тему, - да еще с самим участником процесса. - Конечно! А то стал бы он со мной так долго ходить. Другие нашлись бы - на все согласные. Только вы никому, ладно? - Да не бойся, что ты! Разве можно про такое. Никому и никогда! Ну расскажи, как это было. В первый раз. - Как было? Ну... он сказал, что хочет. Сказал, давай. Нет, я не могу. - Ирочка перевернулась на живот и уткнулась лицом в диванную подушку. - Вот когда с тобой такое случится, посмотрю, как ты будешь рассказывать. Язык не повернется. - Ну в двух словах! - взмолилась Наташка. - Как это вообще... твое впечатление? Да не тушуйся ты - тут все свои. Нам же тоже это предстоит. - Впечатление? Нет слов! - призналась Ирочка. - Как будто прыгаешь в пропасть. Ой, девочки... это... это тако-ое впечатление! - А больно... в первый раз? - Еще как! И кроваво. А как страшно! Все, больше не спрашивайте, не могу. Сами попробуете - тогда узнаете. Только умоляю, не проболтайтесь. Родители и так трупами ложатся, чтобы нас разбить, - и его, и мои. - Я могила! - поклялась Наташка. - А Настя тем более. Да, подруга? - Конечно, - подтвердила Настя. - А как вы с ним планируете дальше? - Ты в смысле учебы? После школы - в институт. Мои настаивают, чтобы я шла в медицинский, а Саша, наверно, в Политех. Мне край нужна медаль, - родители все мозги проели. Маман каждую неделю классной звонит. Настя, ты не поможешь? У меня геометрия не идет. Да и с неравенствами проблемы. - А ты делай с нами уроки, - охотно согласилась Настя. - Хочешь, хоть сейчас. А чего твой Саша тебе не поможет? Он же в математической учится. - Да у него самого с математикой нелады - сплошные трояки. Мы как-то пытались вместе уроки делать - ничего не вышло. У него одно на уме... Да и я... когда с ним, уже ничего не соображаю. - А почему ты из вашей школы ушла? Там же, говорят, знания дают на уровне. - Знаешь, как там трудно учиться, - насупилась Ирочка. - Гоняют по страшному. Чуть что – сразу трояк. У вас в сто раз легче. - А я слышала, у тебя там какая-то история приключилась. - Наташка хитро взглянула на Ирочку. - Из-за Саши, да? - Да есть там одна. - Лицо Ирочки потемнело. - Сука! Всю жизнь мне отравила. Саша из-за нее меня чуть не бросил. Ну, ничего, когда-нибудь ей аукнется. За все! Не надо, Наташа, об этом. Не хочу даже вспоминать. - Ладно, не будем. Ну что, за уроки? - поднялась Настя. - Давайте стол раздвинем, а то тут места мало. И они погрузились в математику. Ирочка занималась упорно и с видимым желанием. Она быстрее Натальи схватывала новый материал, стараясь разобраться в нем до тонкостей. Ее пробелы в знаниях были значительно меньше, чем у Настиной подружки. А главное, она сразу подмечала непонятные места и умела четко сформулировать вопрос – в отличие от Натальи, которая зачастую сама не могла объяснить, чего не понимает. Основной бедой Ирочки было полное отсутствие фантазии, из-за чего она, как ни старалась, не могла решать задачи самостоятельно. Ведь для их решения надо уметь представить ход действий наперед: если сделаешь такое-то действие, то получится то-то, а если решать таким путем, то придешь к такому-то результату. Вот этого Ирочка не умела совершенно. - Ну, скажи, - допытывалась она у Насти, - почему ты берешь эту формулу? Откуда ты знаешь, что она пригодится, ведь в условии ничего о радиусе не сказано? - Но ведь для решения нужен объем цилиндра, иначе ты не найдешь его массу, - терпеливо объясняла Настя. - А без радиуса не найдешь площадь основания. - А зачем нужен объем? - не понимала Ирочка. - О нем тоже ничего не говорится. - Но, Ира, надо же знать главные формулы! - начинала раздражаться Настя. - Без этого ничего не решишь. Скажи, как найти массу через объем? - Не знаю, - честно признавалась Ирочка. - А как объем связать радиусом? - Тоже не знаю. - Вот видишь! Какие задачи, если ты не знаешь элементарных вещей? Наталья и то уже давно все это выучила, потому и решает лучше тебя. - Да я не знаю, какие формулы надо учить, а какие не надо, - вздыхала Ирочка. - Вон их сколько - разве все упомнишь. Ты бы выписала, какие надо, а я бы их вызубрила. Я выучу быстро - у меня память хорошая. - Я то выпишу, мне не трудно. Но их мало выучить, - надо решать, решать и решать. Попроси, чтобы тебе купили задачник Сканави с решениями, и сиди над ним каждый день, пока у тебя мозги не заработают. А пока возьми мой. Мы с Натальей все это уже прорешали -мы ведь вперед ушли. - Какие вы умницы! - восхищалась Ирочка. - Я бы ни за что так не смогла. Даже не додумалась бы. Это ж надо - самим наперед решать! А чего вы так стараетесь? - Надо. - Секрет что ли? Ну ладно, не хотите, не говорите, а то я могу и проболтаться. Настя, можно я завтра приду? Хочешь, еще чего-нибудь принесу почитать. Правда, мать не разрешает раздавать книги, но для тебя стащу. - Не надо, у нас тоже много книг. Мама все время новые покупает. Это Чарскую она не мог достать. Приходи, когда хочешь. - Давайте дружить втроем, - предложила Ирочка, прощаясь. - Будем вместе уроки делать и везде ходить. Вы обе мне так нравитесь! Я не подлизываюсь, правда, нравитесь, давно уже. - А как же Саша? - Ну, Саша... Саша - это другое. Да он не каждый день со мной встречается - раз в неделю всего. А остальное время я все больше одна. - А где вы с ним... это? - полюбопытствовала Наташка. - У тебя или у него? - Наталья, прекрати! - оборвала Настя подругу. - Совесть надо иметь. - Да нет, ничего. Ей же интересно, я понимаю, - вздохнула Ирочка. - У меня. Мои же до вечера на работе. - А его родители что - не работают? - Нет, тоже на работе. Но к нему в любой момент полезные ископаемые могут припереться. - Кто-кто? - Дед с бабкой - Саша их так называет. Они, хоть и старые, но такие въедливые - все им надо знать: куда да с кем. Хотя Сашу они обожают - всегда притаскивают что-нибудь вкусненькое, и денег, сколько ни попросит, дают. Хотя он много не просит - пенсия у них маленькая. - И что - вы это… каждый раз, когда встречаетесь? - Наталья, прекрати! - Насте остро захотелось дать Наташке пинка. - Ну что здесь такого, спросить нельзя? - заныла Натка. - Если тебе неинтересно, не слушай. - Каждый раз, - призналась Ирочка. - Понимаете, если уже начали, назад не повернешь. Но вы с этим делом не спешите, не советую. Потому что потом - совсем другое отношение. - Что, хуже стал к тебе? После этого? Вот гад! - Нет, не хуже. Но иначе, это точно. - Как иначе? - Ну, это - как тайна. Пока не знаешь, один интерес. А когда узнаешь, совсем другой. Иногда прибежит, давай-давай... и убежит. - Вот оно что! - Наташка помрачнела и задумалось. - Нет, вы не думайте, он хороший. Просто... наверно, они все такие. Ну, я пойду, а то уже поздно. Она ушла. Наталья, видя, что Настя не склонна обсуждать услышанное, тоже пошла к себе. А Настя включила настольную лампу и погрузилась в «Княжну Джаваху». Она прочла ее довольно быстро. И даже удивилась, почему эта книга произвела на ее умненькую и начитанную маму такое сильное впечатление. Простенький сюжет, довольно слезливая история и никаких особенных литературных изысков. В общем, не Лев Толстой. Когда она поделилась этой мыслью с Галчонком, та сразу согласилась: - Понимаешь, этот роман я прочла еще лет в двенадцать. Тогда он меня, конечно, поразил. Он ведь резко отличался от всего, что нам рекомендовали, - от «Васька Трубачева и его товарищей», книг Гайдара и романов Горького. Для меня это был какой-то новый мир. Теперь-то я понимаю, что эта книга не классика, но она мне все равно мила - как память о детстве. - Понимаю, - задумчиво отозвалась Настя. - Мам, а у нас есть «Сага о Форсайтах»? Ася Смирнова так восхищалась этим романом. Ты его читала? - Конечно! Это такая книга... такая! Кусок души! Как я тебе завидую, что она у тебя впереди. До замужества она была у меня настольной. Но я смогла ее одолеть где-то лет в двадцать. До этого столько о ней слышала, но как ни пыталась начать - не могла. Не доходило. А когда созрела, взяла однажды в руки и уже не смогла оторваться - пока все четыре тома не проглотила. Однако, боюсь, тебе еще рановато за нее браться, подрасти чуть-чуть. - Ладно. Но она у нас есть? - Да, должна стоять в книжном шкафу, где-то в заднем ряду на верхней полке. Там четыре тома. А сейчас прочти лучше «Мастера и Маргариту» Булгакова, очень советую. Эта книга в твоем духе. - О, я ее давно проглотила. - И как она тебе? - Чудо! Я местами наизусть помню. А герои - просто вижу живыми. Воланд - это восторг! Он такой... такой вездесущий! Вот ведь сатана, а неотразим. Море обаяния! Действительно, без тени нет света - как он прав! А мастер! А Бегемот! Ой, какой он гений - этот Булгаков. Но я читала, что он в жизни был не очень счастлив. - Да, ему досталось. И за эту книгу тоже - сочли, что проповедует поповщину. Сам Шолохов его клеймил. Жил Булгаков трудно и рано умер, а сколько мог бы еще написать, - настоящий талант был. Но в России таланты во все времена редко доживали до старости. Вот и сейчас - если ты не имеешь связей и имени, да еще не столичный житель, на одном таланте далеко не уедешь. Бедность и неустроенность могут любой талант сгубить.
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии!
3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."
|
